10 фильмов о психологии любви

Любовь — это то, что захватывает нас каждый божий день. Мы думаем о всех аспектах этого чувства, даже не пребывая в отношениях. Существует немало фильмов о том, как устроено это странное чувство.

Психологические фильмы — это пища для ума, верный способ ввести себя в состояние транса, в состояние глубокого эмоционального погружения. Любовные фильмы психологического характера гораздо более необычные, нежели простые романтические мелодрамы, потому что такие картины без прикрас показывают все стороны любви, все ее подводные камни. Это может быть ревность, страсть, жестокость. Эти фильмы должен посмотреть каждый человек, которому интересно узнать о любви побольше. Эти картины учат нас тому ,как следует или, наоборот, не следует делать. Во многом они просто показательны, просто раскрывают те стороны, о которых мы не задумываемся в повседневном мире.

Вечное сияние чистого разума — Eternal Sunshine of the Spotless Mind

Открывает нашу десятку лучших фильмов о психологии любви шедевр, который создали в 2004 году. «Вечное сияние чистого разума» — это далеко не первый, но самый яркий из фильмов, в которых Джим Керри не ломает комедию, не строит рожи, а предстает перед нами в драматической роли. Это показывает его истинный талант. Говоря о фильме без спойлеров, стоит отметить, что он полон философского начала. Психологически он воспринимается крайне неоднозначно, потому его и называют одним из лучших фильмов-мелодрам для истинных ценителей жанра. Фильм показывает, что любовь может быть жестокой, бессмертной. Любимые люди живут в нашем сознании вечно. В конце вам будут обеспечены слезы, которые вы не забудете никогда. Вы не сотрете их из своей памяти. После этого кино вы пересмотрите свой взгляд на чувства.

Одержимость — Wicker park

Еще один фильм с прекрасными актерами и замечательной игрой, а также просто крышесносящим сюжетом. Концовка фильма — это то, ради чего стоит смотреть его. Это то, ради чего стоит тратить каждую секунду своего времени на него. Само название говорит за себя, ведь зачастую мы бываем не просто влюблены, а по-настоящему одержимы человеком. Этот фильм граничит по жанру с детективом или даже триллером, но истинная его ценность заключается в том, чтобы показать людям то, куда может завести нас эгоистическая наклонность, тяга к обладанию человеком. Нельзя давать себе повод владеть кем-то или чем-то безраздельно.

Фильм известного режиссера Спайка Джонза, который был недооценен многими критиками. Главная роль досталась Хоакину Фениксу. В принципе. Это кино можно назвать лентой одного актера. Потому что практически всегда камера направлена на мужчину, который влюблен в далеко не самую простую девушку. Чтобы не убивать интригу, скажем лишь то, что эта девушка не человек. Более того, она даже не живая. Несмотря на это, пустить слезу и удивиться всей красоте этого шедеврального фильма вам все же удастся. Картина рассказывает о том, как важно для человека иметь психологическую привязанность, не переходящую в манию. Это еще одна картина о жестокости чувств, причем непреднамеренной.

Под покровом ночи — Nocturnal animals

В этом фильме психологический аспект выражен в том, что мы постоянно находимся в напряжении. Это сильнейшая картина, которую можно назвать одним из величайших триллеров современности и одним из лучших фильмов 2016 года. Эми Адамс и Джейк Джилленхолл — отличный актерский дуэт для такого атмосферного фильма, снятого, кстати, по роману. Не думайте, что вы отделаетесь слезами и забудете обо всем через день. Жестокость этого кино будет будоражить вас на протяжении долгих месяцев и каждый раз будет взрывать ваш мозг при воспоминаниях о сюжете. Вы искусаете губы, потому что сюжет не отпустит вас ни на секунду. Эта картина покажет вам историю любви, но не так, как того требуют нормы кинематографа. Вы должны это увидеть сами.

Девушка в поезде — The girl on the train

2016 удивляет ещё раз. Данная картина весьма сильно воздействует на нервную систему, а также на мозг, заставляя думать о том, что же будет дальше. Мы ищем ответы на протяжении всего фильма, из раза в раз удивляясь ответам. Психологическая сторона любви тут раскрывается в полном объеме, но немного теряется на фоне событий. Это нормально, так как это триллер первой величины — здесь все запутанно, поэтому мысли удержать в узде очень сложно. Фильм показывает жестокость любви, причем в самом чистом ее проявлении — в физическом.

Ванильное небо — Vanilla sky

Том Круз и Камерон Диаз — это тот самый дуэт, которой обойти стороной просто нельзя, однако действительно важным фактом является то, что данный психологически с большой буквы «П» фильм представляет собой ремейк фильма «Открой глаза». По сути. Тут один и тот же сюжет, но выбирать стоит только вам. Смотреть можно сначала первичный испано-франко-итальянский вариант, а можно начать сразу с американского. Кстати, в обоих версиях главную женскую роль исполняет Пенелопа Круз. Не пытайтесь отвечать на вопросы и искать решение головоломки — всё откроется в конце, но эти два фильма не только картины о любви, но и замечательные психологические триллеры, после которых можно просидеть в ступоре еще минут десять, а потом сказать «Вау!».

Гаспар Ноэ, человек невероятно нестандартного взгляда на кинематограф и на жизнь в целом, снова у нас в списке. Этот режиссер и просто создатель уникальных, жестоких и психологически необычных фильмов, удивляет своих зрителей. В этот раз удивление двойное, потому что фильм целиком и полностью посвящен любви. Откровенные сцены делают его не всегда красивым, но зато уж точно делают его невероятно честным и правдивым. Это кино не охватывает какие-то фундаментальные проблемы любовного характера, оно показывает только одну интересную историю любви, в которой, как потом, после просмотра, кажется, нет ничего особенного. На самом деле, вся «фишка» фильма в деталях, в оформлении, в атмосфере. Французское влияние очевидно с самого начала, но не расслабляйтесь, ведь это кино не простое.

Нимфоманка — Nymphomaniac

Неподражаемая Шарлотта Генсбур сыграла в главной роли нимфоманку, о которой и пойдет речь в этой картине культового и знакового режиссера Ларса фон Триера. Фильмы этого человека будоражат умы. Они пробирают до костей. Из можно назвать психологическими и где-то даже психоделическими. История девушки, которая спала со всеми, очень проста, но требует двух частей, так что посмотрите обе части этого великолепного фильма. Он покажет вам всю психологическую сторону этого отклонения, называемого нимфоманией. Сюжет заставит вас ни раз вздыхать, «ахать» и «охать», закрывать глаза или рвать волосы на голове. Это не просто история любви — это невероятно притягательная и одновременно отталкивающая картина с топовыми актерами.

Австралийское кино — это нечто необычное. Оно не признано во всем мире так, как признано голливудское, но Австралия уже подарила нам несколько истинных шедевров. Одним из них является фильм о любви «Кенди», названный в честь главной героини. Главную мужскую роль играет ныне покойный Хит Леджер, известный своей ролью Джокера в фильме «Темный рыцарь». Это кино, пожалуй, самое грустное или входит в двойку самых грустных из подборки. Оно рассказывает об отношениях двух людей, которые разрушают свою жизнь. У них есть один серьезный недуг, который не дает им воплотить их мечты. Психологическое давление просто феноменальное. Вы должны это увидеть!

Кожа, в которой я живу — La piel que habito

Это кино вас просто шокирует. Его психологический подтекст удивителен. НА что только люди не готовы ради любви, подумаете вы, когда увидите финальные титры. Таких фильмов почти не существует по духу, по атмосфере. Его посыл не так уж и сложен, но исполнение феноменальное, удивительное, утонченное. Антонио Бандерас в главной роли — это хорошая новость для женской половины населения, некоторый бонус. В этом фильме есть на что посмотреть, есть из-за чего переживать и есть о чем подумать. Вам нужно просто окунуться в эту атмосферу и задать себе психологическую «трепку». Через пару лет вы обязательно захотите пересмотреть этот пример яркого фильма о фанатичной и чистой любви и о ее страшных последствиях. Испанские фильмы умеют удивлять, это мы уже давным-давно поняли.

Психология любви — это вопрос не просто многогранный, а невообразимо сложный и таинственный. Нам до конца не будет ясна цель этого чувства никогда. Мы просто любим, просто делаем то, что заложено в нас самой природой. Фильмы из этой подборки вам покажут то, насколько далеко можно заходить и насколько далеко заходить просто нельзя. Вы побудете на двух фронтах, каждый из которых не может называться выигрышным, ведь любовь — это война, на которой жертв либо нет вовсе, либо их очень и очень много. Удачи вам, приятного просмотра, и не забывайте нажимать на кнопки и

gurutest.ru

Этапы любви в психологии

Романтически-прекрасной и бесконечной рисуют любовь только стихи и романы, в жизни же все этапы любви в психологии давно изучены, четко разграничены и «разложены по полочкам».

Хотите знать, что будет после того, как розовые очки спадут с глаз, и вы обнаружите в своем ангелоподобном возлюбленном вполне себе человеческие (причем порой не слишком приятные) качества? Давайте попробуем вслед за психологами «препарировать» любовь.

Как знать, что любишь

Вы просыпаетесь на рассвете с улыбкой на устах от одной лишь мысли, что сегодня увидите Его?

Вам не так важно, заговорит ли Он с вами, пригласит ли куда-нибудь, да и вообще – удостоит ли взглядом, главное – вы будете лицезреть предмет своей мечты хоть мимоходом (например, на утренней планерке в кабинете начальника или в общей столовой за обедом).

Вас можно поздравить – вы влюблены! Признаками «патологического состояния» являются:

  • необъяснимая потребность любоваться объектом воздыхания снова и снова;
  • дрожь в коленках при его приближении;
  • внезапная робость при попытке обратиться к нему.
  • Вспомним Пушкина — уж, казалось бы, трудно найти более опытного сердцееда! И тот признавался друзьям, что моментально теряется и не может найти слов для разговора, как только встречается в обществе со своей

    «Мадонной» — Натали Гончаровой. Обычному, простому человеку еще сложнее в такой ситуации! Но одной влюбленностью дело не ограничивается.

    С нее только все начинается. 7 или 5 стадий любви в психологии выделено на сегодняшний день. Почему цифры разные? Просто иногда ученые объединяют три последние стадии в одну, вот вместо семи и получается пять.

    Каждый период в отношениях пары имеет свои особенности. Посмотрим, каковы они.

    Какие мы проходим этапы любви в психологии

    Если кто-либо из ваших знакомых или родственников отмечает золотую свадьбу, это значит, что супруги успешно одолели соблазны всех 7 этапов и теперь благополучно пожинают плоды – переживают 7-ю стадию, которая и носит название «любовь».

    Между тем это слово нередко ошибочно используется при описании первой стадии – влюбленности.

    Влюбленность (она же: конфетно-букетный период, она же: шоколадный период)

    Влюбленность возникает под воздействием гормонов. Человек ощущает настоящую эйфорию, когда имеет возможность смотреть на потенциального партнера и говорить с ним. Когда чувство становится взаимным, радость многократно возрастает.

    Фото: схема круговорота в отношениях

    Никаких недостатков у членов пары как будто нет: они кажутся идеальными половинками целого. Они везде вместе, держатся за руки, временами так поглощены друг другом, что буквально не замечают окружающих.

    Именно в это время создается большинство удивительных по красоте стихотворений, портретов, совершаются различные подвиги во имя любимой (любимого). Этап прекрасный, но, к сожалению, не вечный: он длится примерно год-полтора. А что дальше?

    «Химия» перестает работать, буйство гормонов прекращается. Пара все еще воркует. Вопросы решаются совместно, желание уступать другому еще присутствует.

    Но приходит понимание: партнер-то, оказывается, не ангел, а просто человек. У него есть не только достоинства, но и особенности характера, проще говоря, недостатки.

    На этом этапе муж выясняет, что жена далеко не всегда бывает мила и уступчива, а жена вдруг понимает, что у супруга есть и другие интересы, кроме нее.

    Вновь важны для обоих становятся друзья и родные, партнеры словно возвращаются с облаков на грешную землю.

    Период отвержения (отвращения) – первое опасное для супружеского союза время. Психологи отмечают большое количество ссор и разногласий на этапе отвержения.

    Кто-то переживает отвращение спустя год семейной жизни, кто-то – спустя 3 года. Сроки индивидуальны. Но ни одна пара этот этап не минует.

    На первый план «вылезает» эгоизм: партнеры начинают показывать себя такими, какие они есть на самом деле.

    Муж покупает себе какую-нибудь дорогую электронную игрушку, несмотря на прежнюю договоренность откладывать деньги на совместное путешествие.

    Как признаться парню в любви, если стесняешься, смотрите в статье: как признаться парню в любви.

    Можно ли написать признание в любви девушке до слез своими словами по смс, читайте здесь.

    Что делать, если во сне мужчина признается в любви, смотрите здесь.

    Жена уходит на полночи в кафе с подругами, «забыв» приготовить ужин. Каждый живет своими интересами, мало считаясь с потребностями другого. Вот она – первая ловушка для любви! На этом этапе многие разводятся, не успев осознать ценность отношений.

    Если оба партнера понимают, что союз для них ценен, рано или поздно они умеряют требования к партнеру. Приходит осознание: нельзя «перекроить» супруга на свой лад, так, чтобы с ним было удобно.

    Можно лишь найти точки соприкосновения и на этой основе строить отношения дальше. И нужно менять себя: если хочешь добиться чего-то от партнера, необходимо учесть и его интересы.

    В этот период партнеры учатся принимать друг друга целиком, без упора на положительные или отрицательные стороны. Исчезают требования: для супруга (супруги) просто хочется что-то сделать, ничего не прося взамен.

    Есть ловушка и здесь, особенно для женщин: благодаря некоторым поведенческим особенностям своего пола они могут превратиться в неких жертвенных существ.

    Вспомните классический крик души жены во время бурной ссоры: «Я отдала тебе лучше 15 лет жизни! Я для тебя сделала все!». Если так хочется «сделать все» и «отдать лучшее», остановитесь: не надо жертвовать собой. К счастью это не приведет – лишь к разочарованию.

    Шестой этап любви носит еще название «дружба». Отношения строятся по разумному принципу: «Ты — мне, я — тебе». Каждый из партнеров умеет и отдавать, и получать.

    Количество «отданного» и «возвращенного» уже не взвешивается: нет необходимости, супруги просто знают, что каждый всегда подставит крепкое плечо в случае беды.

    Вот мы и добрались до итога: только последний этап развития отношений имеет полное право именоваться любовью. Каждый член пары принимает второго таким, какой он есть в действительности.

    Никто не пытается ничего «исправить» и «улучшить» в партнере. В ссорах в первую очередь каждый обращает внимание на свои ошибки.

    Признание своей вины – норма, а не признак слабости характера, и это теперь понимают оба партнера. Главная цель – не утвердить свое превосходство, а сохранить семью.

    Какими могут быть стадии любви в психологии по годам

    Вряд ли пары, которым удалось преодолеть соблазны всех этапов и подойти к итоговому, вспомнят, сколько месяцев (лет) продолжалась та или иная стадия.

    Видео: 7 стадий развития любви между мужчиной и женщиной

    Недаром народная мудрость «золотой» называет только дату 50-летия совместной жизни: должен пройти огромный временной отрезок, чтобы супруги стали, что называется, «не разлей вода».

    Многие отмечают, что к этому времени они даже внешне становятся похожими друг на друга.

    Зачем нам нужно знание стадий любви? Все просто: владея этой информацией, каждая молодая семья подойдет подготовленной к трудностям первых лет совместной жизни.

    Кризисы не будут заканчиваться разводом: они, наоборот, подтолкнут пару к новому витку отношений.

    Супруги, зная, что впереди их ждет высшая награда – любовь – преодолеют вместе все сложности, и их любовная лодка не наткнется на мель никогда.

    otveta.com

    Большинство женщин боятся публичных выступлений больше, чем смерти! А пауков больше, чем бедности.

    Вы почувствовали разницу между сегодняшним понедельником и всеми остальными? Если нет, то сообщаем: сегодня самый счастливый понедельник января!

    У всех низкорослых людей сегодня есть повод обидеться на науку: эксперты говорят, что между ростом и IQ существует прямая связь.

    Человек, который побеждает раз за разом, становится все агрессивнее, установили ученые.

    Исследователи обнаружили, что ходить с натянутой улыбкой — вредно.

    Выражение «лучше любить и потерять, чем никогда не познать любви» истинно, говорят ученые.

    Вы способны устоять перед соблазном съесть еще один кусок торта, купить дорогущие туфли или поехать в отпуск в кредит? Если да, то у вас высокий уровень самоконтроля а значит, высоки и шансы быть счастливым человеком!

    Большинству из нас знакомо это неловкое чувство, которое охватывает при поездке в лифте с незнакомыми людьми. Где вы чаще всего оказываетесь в этой поездке — в углу, у входа, в центре?

    В вашей семье принято собираться за большим столом и совмещать обед с веселой беседой? Наверняка у вас здоровый вес!

    Известный шедевр Леонардо да Винчи уже в течение 500 лет окружен тайной, и в наши дни ученые продолжают исследовать картину загадочной женщины со странной улыбкой.

    Известно, что увидев перед собой красивую женщину, мужчина может впасть в ступор. Но новые исследования показали, что достаточно даже упоминания имени женщины, чтобы выбить из колеи любого представителя сильного пола!

    Оглянитесь вокруг, какие лица вас окружают? Радостные, оптимистичные, тревожные или безразличные?

    Сразу два исследования показали некоторые особенности людей, которые испытывают депрессию. У них оказалось нечто общее.

    Одинокая женщина выглядит загадочно, но если вы ищете любовь, знайте: у вас больше шансов понравиться мужчинам, если вы будете в составе большой компании.

    Для всех сторонников позитивного мышления ученые приготовили приятнейшую новость: ожидание хорошего события действительно может заставить его произойти.

    Вам иногда очень трудно понять своего мужчину? Возможно, это станет проще делать после того как вы прочтете эту новость от американских исследователей.

    Эксперты говорят, что в недалеком будущем многие работодатели захотят знать уровень IQ тех, кого они берут на работу. Что же делать, если ваш уровень интеллекта оставляет желать лучшего?

    Книжки по популярной психологии учат нас сохранять хладнокровие — якобы только управляющий своими эмоциями человек успешен. На самом деле это правило работает не во всех ситуациях!

    www.astromeridian.ru

    Лучшие цитаты о психологии

    Всем привет, в данной статье мы обратимся к опыту великих людей разных поколений и узнаем, что они думают о психологии. И так подборка лучших цитат о психологии.

    Психология – это выражение словами того, чего нельзя ими выразить.

    Не воображайте, что ваш случай необычайно трудный. Даже те, кто со временем становился самым красноречивым представителем своего поколения, в начале своей карьеры страдали таким безотчетным страхом и застенчивостью. © ДЕЙЛ КАРНЕГИ

    Человек имеет два мотива поведения — один настоящий и второй, который красиво звучит. © Генри Форд

    Психолог — это человек, который говорит то, что известно каждому, на языке, которого не понимает никто.

    Нормальные люди — только те, которых вы мало знаете. © Альфред Адлер

    Самая главная формула успеха — знание, как обращаться с людьми. © Теодор Рузвельт

    Среди всех подходов к человеку психология — самый гадательный, самый зависимый от времени подход.

    Не позволяйте шуму чужих мнений перебить ваш внутренний голос. И самое важное, имейте храбрость следовать своему сердцу и интуиции. Они каким-то образом уже знают то, кем вы хотите стать на самом деле. Всё остальное вторично. © Стив Джобс

    Если женщина проявляет характер, про нее говорят: «Вредная баба». Если характер проявляет мужчина, про него говорят: «Он хороший парень». © Маргарет тетчер

    Ни на что не годится тот, кто годится только для самого себя. © Вольтер

    Наш собственный гнев или досада делают нам более вреда, чем то, что заставляет нас гневаться. © Джон Леббок

    Для человека, который любит только себя, самое нетерпимое — оставаться наедине с собой. © Блез Паскаль

    Каждый человек, подобно луне, имеет свою неосвещенную сторону, которую он никому не показывает. © Марк Твен

    До тех пор пока человек не совладал с желанием, он не совладал ни с чем. © Альбер Камю

    Если вы заметили, что вы на стороне большинства, это верный признак того, что пора меняться. © Марк Твен

    Если человек займется исследованием своего организма или морального состояния, то непременно признает себя больным. © Иоганн Гёте

    У психологии длинное прошлое, но короткая история.

    probiznesmen.ru

    Книги о психологии и философии любви.

    Вы тоже можете поучаствовать в наполнении списка. В комментариях первого уровня — только названия книг, можно ссылки. Все остальные комментарии — во второй уровень (иначе я удаляю их). После просмотра все подходящие по теме книги будут внесены в этот пост под кат. Таким образом, пост обновляемый.

    Книги будут без краткого анонса, иначе этот пост будет слишком длинным. Но сам факто попадания книги сюда означает то, что я рекомендую ее читать всем, кому интересна тема изучения любви.

  • Искусство любви. Эрих Фромм

  • О смысле жизни. Виктор Франкл

  • Смысл любви. Владимир Соловьев

  • Иметь или быть. Эрих Фромм

  • Метафизика пола и любви. Н.А. Бердяев

  • ЭТЮДЫ О ЛЮБВИ. Хосе Ортега-и-Гассет

  • Прощаю себе. Светлый источник любви. Лууле Виилма

  • Принцип удовольствия. Александр Лоуэн

  • Парадокс страсти: она его любит, а он ее нет. Дин К. Делис, К. Филлипс

  • Трактаты о любви. С.Л. Франк

  • Любовь побеждает страх. Дж. Ямпольский

  • Любовь. Как прожить вместе всю жизнь. Валерио Альбисетти

  • Любовь. Свобода. Одиночество. Ошо

  • Любовь и воля. Ролло Мэй

  • Любовь и оргазм. Александр Лоуэн

  • Языки любви. Гери Чепмен

  • Секреты любви. Адам Джексон

  • Мы. Глубинные аспекты романтической любви. Роберт А. Джонсон

  • ЗА ПРЕДЕЛЫ СТРАХА. Раскрытие любящего сердца. Томас Троуб

  • Все начинается с любви. Лууле Виилма

  • Лицом К Лицу Со Страхом. Путеводитель На Пути К Близости. Томас Троуб

  • Удовольствие: Творческий подход к жизни. Александр Лоуэн

  • Джон Грей "Мужчины с Марса, Женщины с Венеры"

  • Сюзан Форвард "Мужчины, которые ненавидят женщин, и женщины, которые их любят"

  • Байрон Кейти "Мне нужна твоя любовь — а так ли это?"

  • Надо ли быть рабой любви? Норвуд Робин

    Апд: Более полная и современная версия данного списка находится тут.

    psyteaman.livejournal.com

    10 вещей, которые необходимо знать о психологии

    Основные факты о психологии для начинающих

    Если вы решили изучать психологию, то первое время вам будет тяжело разобраться в ее обширных теориях. Запомните для начала эти 10 основ. Они помогут вам лучше понимать, что такое психология.

    Если психология для вас является чем-то новым, скорее всего, она покажется вам слишком запутанной и обширной наукой. Однако знание некоторых базовых истин может помочь вам в начале её изучения. В статье перечислена только малая часть важнейших постулатов, которые нужно знать об этой занимательной науке. Когда вы разберетесь с ними, будьте уверены – вы подготовлены для более глубокого изучения психологии.

    1. Психология – это исследование поведения человека и его психики

    Психология занимается исследованиями в области человеческого поведения и психики. Сам термин «психология» происходит от греческого слова «psyche», что значит «дыхание, дух, душа», и «logia» – «наука». Она возникла на основах философии и естественных наук, кроме того, соприкасается и с другими науками, например, с социологией, медициной, антропологией и даже лингвистикой.

    2. Психология пользуется научными методами

    Одним из самых популярных заблуждений о психологии является то, что это не наука, а просто болтовня, разговоры, руководствующиеся обычным здравым смыслом. Однако психология успешно пользуется именно научными методами для изучения своих проблем и приведения последующих выводов. Психологи работают с целым спектром разных приемов, например, с наблюдением в естественных условиях, экспериментами, тематическими исследованиями и анкетированием.

    3. Психология – это множество разных точек зрения

    Проблемы и ситуации, требующие внимания психологов, можно рассматривать под разным углом. Возьмем, например, насилие. Некоторые обратятся к биологическим факторам, влияющим на его применение, другие же рассмотрят эту проблему с точки зрения культуры, отношений в семье, социального давления и прочих ситуаций, могущих спровоцировать насилие. Вот несколько основных подходов, применяющихся в психологии:

    • Биологический подход;
    • Когнитивный подход;
    • Поведенческий подход;
    • Естественнонаучный (эволюционный) подход;
    • Гуманистический подход.
    • 4. Психология имеет множество подразделений

      В психологии существует множество разных отраслей. На вводных уроках студенты обычно учат основы разных сфер профессиональной деятельности. Более глубокое изучение каждой сферы, как правило, зависит от выбранной специализации. Клиническая, когнитивная, социальная психология, психология личности и развития – это только несколько возможных специализаций психолога.

      5. Психология – это не только терапия

      Когда кто-то говорит слово «психология», вы сразу представляете себе доброго врача с блокнотом и пациента на кушетке, вещающего про детские воспоминания? Такая терапия, конечно, присутствует в психологии, однако это далеко не всё, с чем работают психологи. На самом деле, многие вообще не занимаются психическим здоровьем людей, так как психология включает в себя и другие области, например, консультирование, обучение, исследования…

      Специалисты-психологи нужны в самых разных компаниях и отраслях, например:

    • В колледжах и университетах;
    • В частных компаниях;
    • В начальных и старших школах;
    • В больницах;
    • В правительственных учреждениях.

    6. Психология вокруг каждого

    Психология – это не только академическая дисциплина, которая существует только в учебных классах, лабораториях и приёмных психологических кабинетов. Принципы психологии мы встречаем каждый день в самых обыденных ситуациях. Печатная реклама и реклама, которая каждый день идет по телевизору, основаны на психологическом воздействии, убеждающем нас покупать рекламируемую продукцию и пользоваться услугами. Различные веб-ресурсы, которые мы регулярно посещаем в сети, также используют эту науку, чтобы понять, как люди читают и интерпретируют информацию с интернет-страниц.

    7. Психология исследует и реальность, и теорию

    В самом начале изучения психологии, вам может показаться, что некоторые теории не слишком применимы к реальной жизни. Тут важно не забывать, что психология – одновременно и теоретическая, и прикладная наука. Некоторые специалисты-психологи сосредоточены только на добавлении нового к совокупным знаниям о психике и поведении человека (это фундаментальные исследования). Тогда как концентрируются на непосредственном решении проблем в жизни пациента, применяя психологические принципы и теории в реальных ситуациях (прикладные исследования).

    8. Психология предполагает множество вариаций развития карьеры

    Если вы подумываете о карьере психолога, приятной неожиданностью для вас может стать то, что вы можете выбрать один из множества путей её развития. Варианты зависят от вашего образования и полученного опыта работы. Важно знать, какое необходимо обучение, какие предъявляются требования к лицензиям для конкретной специализации. Вот только несколько вариантов: клиническая и судебная психология, организационно-производственная психология и психология здоровья.

    9. Психология изучает и нормальное, и отклоняющееся поведение

    Многие думают, что психология рассматривает только девиантное (отклоняющееся от ормы) поведение. Не забывайте, что это не так: психологи исследуют и нормальное поведение человека.

    10. Задачи психологии: Описать, Объяснить, Предсказать, Изменить и Улучшить

    Существуют четыре основные задачи психологии:

  • Описывать человеческое мышление, психику, нормальное и отклоняющееся поведение;
  • Объяснять, почему возникают те или иные реакции;
  • Предсказывать, когда, как и из-за чего такое может произойти в будущем;
  • Изменять и улучшать поведенческие реакции отдельных людей для поднятия уровня их жизни и жизни целого общества.
  • aboutyourself.ru

    Жан Бодрийяр. О ЛЮБВИ (Злой дух страсти)

    Предлагаем вниманию довольно неожиданный для современной философии текст, именно о любви (ну и соблазне, разумеется), а не о пресловутом сексе. Как отмечает сам автор, любви не нашлось места ни в крупных концептуальных системах, ни в психоанализе. Поэтому он предлагает совершенно иной взгляд на отношения между полами, не столько антифрейдистский, сколько вообще нефрейдистский. А заодно прослеживает всю историю любви и ставит диагноз ее нынешнему состоянию.

    Это глава из центральной, по мнению западных исследователей, книги философа «Фатальные стратегии», которая, впервые на русском, готовится к выходу в скором времени.

    О любви можно сказать все, и о ней невозможно сказать что-либо.

    О любви можно сказать все, и о ней невозможно сказать что-либо. Любовь существует, и точка — вот и все. Любят мать, Бога, природу, женщину, птичек, цветы: это слово, ставшее лейтмотивом нашей глубоко сентиментальной культуры — самое пафосное в нашем языке, и при этом самое неясное, самое расплывчатое, самое невнятное. По сравнению с кристаллической структурой соблазна, любовь — это жидкий, даже газообразный раствор. Любовь — это разрешение [1]. Все растворяется в любви, любовью все разрешается. Разрешение, растворение всех вещей в гармонии страсти или в обычном либидо, любовь — это нечто вроде универсального ответа, надежда на идеальное общение, на возможность мира синкретических [fusionnelles] взаимоотношений. Ненависть разъединяет, любовь объединяет. Эрос — это то, что связывает, сопрягает, сочетает, побуждает к ассоциации, проекции, идентификации. «Любите друг друга». Говорил ли кто-нибудь когда-то: «Соблазняйте друг друга»?

    Но я предпочитаю форму соблазна, которая поддерживает гипотезу о загадочной дуэли, неистовом побуждении или притяжении, форму, которая является не ответом, а вызовом, скрытой дистанцией и постоянным антагонизмом, что допускает правила игры, — я предпочитаю эту форму и ее пафос дистанции, нежели любовь и ее пафосное сближение. Я предпочитаю дуальную форму соблазна универсальной форме любви. (Гераклит: это антагонизм стихий [elements], существ и богов, творит игру становления, а не универсальная текучесть и любовное смятение, боги противостоят друг другу и соблазняют друг друга. А любовь как принцип творения, которая придет вместе с христианством, положит конец этой большой игре).

    Вот почему о соблазне возможно говорить, ведь он является дуальной и внятной формой, тогда как любовь — это универсальная и невнятная форма. Пожалуй, только соблазн и является действительно формой, тогда как любовь — лишь размытая метафора падения существ в индивидуализацию и изобретение, в качестве компенсации, универсальной силы, влекущей существ друг к другу, — что за проведение, что за чудесное проявление воли, что за гром среди ясного неба, с помощью которого существам якобы предназначено любить друг друга, благодаря какому безумному воображению возможно постичь фразу «Я люблю вас», постичь, что люди любят друг друга, что мы любим друг друга?… Это не что иное, как безумная проекция всемирного принципа тяготения и равновесия, проекция, которая является чистейшей фантасмагорией. Субъективной фантасмагорией, страстью, исключительно модерной.

    Что за чудесное проявление воли, что за гром среди ясного неба, с помощью которого существам якобы предназначено любить друг друга, благодаря какому безумному воображению возможно постичь фразу «Я люблю вас»?

    Там, где нет ни игры, ни правил, нужно изобрести закон и аффект, способ универсального излияния чувств, форму спасения, которая преодолевает разделение тел и душ, которая кладет конец ненависти, предопределению, дискриминации, судьбе: это наше Евангелие сентиментальности, которое кладет конец соблазну как судьбе.

    Это возвышение любви к совершенству божественного права, к этической форме универсальной завершенности (любовь до сих пор служит повсюду моральным оправданием счастья) отбросило соблазн в несколько имморальную сферу, придало ему оттенок некой порочности, сделало из него игру, которая предшествует любви. Любовь остается единственной серьезной или возвышенной финальностью, единственно возможным оправданием [absolution] незаслуживающего оправдания мира. Все робкие попытки придать соблазну некоторое благородство сталкиваются с механизмами сублимации и идеализации, которые является механизмами любви.

    Соблазн связан не с чувствами, а с эфемерностью кажимостей [2], у него нет модели, он не ищет какой-либо формы спасения, — следовательно, он имморален. Он не подчиняется морали обмена, он происходит из пакта, из вызова и альянса, которые отнюдь не являются универсальными и естественными формами, — это искусственные и инициационные формы. Следовательно, он откровенно порочен.

    Дело осложняется еще и игрой слов. Ни соблазн, ни любовь не являются точными понятиями (им не нашлось места ни в крупных концептуальных системах, ни в психоанализе), поэтому они могут свободно чередоваться или перепутываться. Таким образом, если считать соблазн вызовом, игрой, которая никогда не заканчивается, непрерывным ритуальным обменом, бесконечным повышением ставок, тайным сговором и т.д., то можно всегда возразить: «Но если так, то не является ли соблазн все той же любовью?»

    Можно даже инвертировать соотношение и сделать из любви нечто более острое, более вызывающее, чем соблазн. Любовь является «осуществлением» лишь тогда, когда она представляется, так сказать, нарциссически: я люблю другого, потому что он похож на меня, таким образом я удваиваюсь — я люблю другого, потому что он моя противоположность, таким образом я дополняюсь. Но можно представить любовь как безвозмездность, как устремление к другому, которое не ждет ответа, как вызов, который побуждает другого любить меня больше, чем я его люблю, а следовательно, как бесконечное повышение ставок. В то время как соблазн можно рассматривать как игру, которая доводится до конца, как тактику, которая призвана манипулировать другим в своих собственных целях.

    Сегодня нас охватило воскрешение любовного дискурса, реактивация чувства от скуки, от пресыщения. Эффект симуляции любви. Безумная любовь, любовь-страсть давно мертвы в своих героических и возвышенных устремлениях. То, что сегодня разыгрывается — это спрос на любовь, чувство, страсть, ведь в наше время потребность во всем этом чувствуется особо остро.

    На эту инверсию понятий нечего возразить. Соблазн и любовь могут обмениваться своими самыми возвышенными и самыми вульгарными значениями, что делает разговор о них практически невозможным. Тем более что сегодня нас охватило воскрешение любовного дискурса, реактивация чувства от скуки, от пресыщения. Эффект симуляции любви. Безумная любовь, любовь-страсть давно мертвы в своих героических и возвышенных устремлениях. То, что сегодня разыгрывается — это спрос на любовь, чувство, страсть, ведь в наше время потребность во всем этом чувствуется особо остро. Целое поколение прошло через либерализацию желания и удовольствия — и это утомленное сексом поколение повторно изобретает любовь как эмоциональное или чувственное дополнение. Иные поколения, романтические и постромантические, переживали ее как страсть, как судьбу. Наше же поколение всего лишь неоромантическое.

    После такого сексуального пафоса — неопатетика любовных отношений. После либидинизации и инстинктивизации — неоромантизм страсти. Однако речь идет более ни о судьбе, ни о фатальности, а всего лишь о том, чтобы высвободить, среди прочего, потенциал и после длительной фазы «репрессивной десублимации», перефразируя Маркузе, расчистить путь прогрессивной ресублимации.

    Секс, как впрочем и производственные отношения, был слишком прост. Никогда не поздно преодолеть Фрейда вместе с Марксом.

    И так, налицо лишь выкройка [facon] любви, которая является только пеной на поверхности сексуальной культуры, и не следует питать слишком больших иллюзий по поводу оживления вокруг этой новой диспозиции. Формы симуляции настолько притерлись между собой, что уже ничто не может противостоять их взаимодействию, поэтому секс, любовь, соблазн, перверсия, порно — все это может сосуществовать в одном либидинальном диапазоне, так же как звуки в стереодиапазоне, сосуществовать без исключения (и на равных основаниях), с благословения психоанализа. Стереофонический концерт: к сексу добавляется любовь, страсть, соблазн, — точно также как к конвейерной линии добавили психосоциологию и согласованность действий.

    Секс, как впрочем и производственные отношения, был слишком прост. Никогда не поздно преодолеть Фрейда вместе с Марксом.

    Эта ситуация интересна как симптом истощения всей обсценной [3] констелляции сексуальности (обсценной не из–за самого секса — но из–за обсценности истины, которая обнажается, когда ее произносят). Мы подошли к завершению цикла сексуальности как истины. Это снова делает возможным возвращение к формам, чьи контуры [profil] и шарм находились в тени гегемонистской перспективы секса.

    Восстановить некоторое подобие различения, иерархии всех этих фигур, то есть соблазна, любви, страсти, желания, секса — без сомнения, абсурдное пари, но это единственное, что нам остается.

    В нашей культуре соблазн испытывал нечто вроде золотого века, начиная с эпохи Возрождения и до XVIII века: тогда он был, также как и политес или придворные манеры, конвенциальной аристократической формой, стратегической игрой, без какой-либо особой связи с любовью. В дальнейшем любовь для нас имеет разные тональности, романтические и романические: это уже не игра и не церемониал, это страсть, это дискурс. Это сила желания, которая охватывает нас, это смерть, которая влечет нас. Ничего общего с соблазном. Конечно, любовь приобретала и куртуазные формы в средиземноморской культуре ХІІІ века. Но нынешнее ее понимание выдумали в основном на рубеже XVIII — XIX веков, и направлено оно против поверхностной игры соблазна. Происходит разрыв между формой дуальной игры, стратегической иллюзией и новой, индивидуальной финальностью, исполнением желания — грандиозное восхождение констелляции желания, будь то сексуальные и психические стремления индивида, или политические устремления масс. Как бы то ни было, это желание и его «либерализация» больше не имеет ничего общего с аристократической игрой вызова и соблазна.

    Еще один момент: соблазн языческий, а любовь христианская. Это Христос велел любить ближнего и Себя. Религия становится страстью, страданием и любовью, чего не было в архаичных культурах и античных мифологиях, для которых верховная власть [souverainete] мира заключалась в упорядоченной игре знаков и кажимостей, в церемониальности и метаморфозах, а следовательно, преимущественно в действии соблазна. Никакой страсти во всем этом не было, никакой любви, ничего от возвышенного, божественного или естественного потока, также как не было и потребности в психологии, в этой субъективной внутренней жизни, где расцветет миф о любви*.

    Существовал лишь ритуал, и принадлежал он к порядку соблазна. Любовь возникает из разрушения ритуальных форм, из их либерализации. Ее энергия — это энергия распада этих форм, в том числе, магических ритуалов соблазна мира (которые находят свое продолжение в христианских ересях, в виде манихейского или максималистского отрицания реального мира). Жестокие, суровые формы, знак в его чистом функционировании, противопоставленном реальности мира, господство чистой кажимости, без психологии, без страсти, без любви. Эти культуры отмечаются максимальной интенсивностью, любовь и вся ее метафизика спасения возникают словно из их расщепления, из извержения до тех пор тайных, инициационных форм, интенсивно соперничающих между собой. Если любовь, прозелитская, излучающая, экстенсивная энергия, — экзотерична, то ритуал эзотеричен. Любовь — это экспрессия, страстность, признание, коммуникация, а следовательно, переход энергии из потенциального, концентрированного состояния к стадии высвобождения, излучения, тепловой стадии, но также, следовательно — к состоянию застоя и упадка (хронической деградации). Таким образом любовь является закваской [ferment] народной, демократичной религии — в противоположность иерархическим и аристократическим порядкам, которые регулируются правилом.

    Таким образом любовь является закваской [ferment] народной, демократичной религии — в противоположность иерархическим и аристократическим порядкам, которые регулируются правилом.

    Любовь — это конец правила и начало закона. Это начало беспорядка, когда вещи располагаются согласно страсти, эмоциональному инвестированию, то есть тяжеловесной, обремененной смыслом субстанцией, а не согласно игре знаков, более легковесной, пластичной, более поверхностной субстанцией. Бог начинает любить своих ближних, чего он никогда ранее не делал, и мир перестает быть игрой. Мы унаследовали все это — и любовь является лишь следствием этого растворения правила и энергии, выделяемой этим смешением. Таким образом формой, противоположной любви остается соблюдение ритуала: всюду, где повторно изобретается правило и игра, любовь исчезает. По сравнению с регулируемой и исключительно конвенциональной интенсивностью игры или церемониала, любовь представляет собой систему свободно циркулирующей энергии. Следовательно, она ответственна за всю идеологию либерализации и свободной циркуляции, в ней весь пафос модерности.

    Характерной чертой такой универсальной страсти как любовь, является то, что она индивидуальна и что каждый в ней находит только себя. Соблазн имеет дуальный характер: я не могу соблазнить, если я уже не соблазнен, никто не может соблазнить меня, если он еще не соблазнен. Никто не может играть без другого, это принципиальное правило. В то время как любить я могу без взаимности. Если я люблю, а меня не любят, то это моя проблема. Если я не люблю тебя, то это твоя проблема. Если кто-то мне не нравится, то это его проблема. Вот почему ревность является естественной чертой любви, в то время как соблазну она чужда, — эмоциональная связь всегда не уверена, в то время как пакт о знаках однозначен и обязателен. Кроме того, соблазнять кого-то не означает, что в него инвестируют или психологически поглощают, соблазн не знает этой территориальной ревности, которая присущая любви.

    Я не хочу сказать, что любовь — это лишь ревность, но к ней всегда приобщается хорошо темперированная [4] ревность, какое-то субъективное требование эксклюзивности. Возможно, ревность даже предшествует любви: первоначально страстность была присуща греческим богам, не знавшим ни любви, ни сентиментальности, однако ужасно ревновавшим друг к другу.

    Любить кого-то — значит изолировать его от мира, стирать его следы, лишать его собственной тени, увлекать за собой в смертельное будущее. Любить кого-то — значит, вращаться вокруг него как мертвая звезда, и погружать его в черный свет.

    Любить кого-то — значит изолировать его от мира, стирать его следы, лишать его собственной тени, увлекать за собой в смертельное будущее. Любить кого-то — значит, вращаться вокруг него как мертвая звезда, и погружать его в черный свет. Вся ставка сделана на запредельное требование эксклюзивности на все человеческое существо как оно есть. Именно поэтому она и есть страсть: то есть ее объект интериоризируется [5] как идеальная цель [fin], а мы знаем, что идеальным объектом является лишь мертвый объект.

    Следовательно, по сравнению с соблазном любовь является более рыхлой формой, более разбавленным раствором [solution], и даже процессом разложения [dissolution]. Впрочем, разложения патетического, по крайней мере в его самых возвышенных формах, например, тех, что породили роман. Эта патетическая выразительность исчезнет в результате следующей перипетии, которая превратит любовь в простую сексуальность. Последняя — всего лишь способ артикуляции отношений, основанный на «объективных» различиях между полами. Соблазн еще церемониален, любовь еще патетична, сексуальность — всего лишь отношения [relationnelle]. От одной формы к другой ставка знаков все больше исчерпывается в пользу органического, энергетического и экономического функционирования, основанного на наименьшем возможном различии, которым является различие полов.

    На самом деле это мистификация — половое различие выдавать за первоначальное, основополагающее различие, такое, из которого вытекают все другие, или же все они являются лишь его метафорами. Это игнорирование того, что издавна люди продуцировали намного большую дифференциальную интенсивность посредством искусственных структур, а не исходя из особенностей тела и биологии. По крайней мере, они всегда рассматривали «естественные» различия лишь как частный случай искусственных. В буквальном смысле, чистая половая дифференциация не представляла никакого интереса (другое дело Инь и Ян: это два метафизических полюса, между которыми существуют напряжения, организующие мир). В некоторых культурах дифференциация воин/не-воин, брахман/не-брахман имеет вес гораздо больший, чем половое различие: они продуцируют большую дифференциальную энергию, с большей строгостью и сложностью упорядочивают вещи. Во всех культурах, кроме нашей, различение живого и мертвого, благородного и неблагородного, посвященного и непосвященного гораздо сильнее, чем различение полов. Фактически, сексуальность, в своей биологической и претенциозной очевидности, отмечает самое слабое и самое незначительное различие, то, которое приходит, когда все другие теряются.

    На самом деле это мистификация — половое различие выдавать за первоначальное, основополагающее различие, такое, из которого вытекают все другие, или же все они являются лишь его метафорами.

    Всякий натуралистический принцип дифференциации неизбежно незначительнее, он далек от того, чтобы породить мощь искусственности знаков, тщательный распорядок, мировой церемониал.

    — соблазн — эра эстетического и церемониального различия между полами;

    — любовь (страсть) — эра этического и патетического различия между полами;

    — сексуальность — эра психологического, биологического и политического различия между полами.

    Именно поэтому соблазн и более внятный [intelligible], чем любовь: ведь он разыгрывается в наивысшей, дуальной, совершенно дифференциальной форме. Секс же, среди всех дифференциальных форм, более всего приближается к недифференцированности. Что же касается любви, то она всегда занимает промежуточное место в спектре: награни соблазна и секса, она выражает мир, который двигается от чистой формы различения к чистой форме неразличения — но у нее нет собственной формы и, как таковая, она не поддается описанию. Таинственна вовсе не дуальная фигура соблазна, а скорее индивидуальная фигура субъекта во власти своего собственного желания или в поисках своего собственного образа.

    Судьба также преподносит себя с ошеломляющей очевидностью — остается объяснить только не-судьбу. Впрочем, все, что можно сделать, это найти ее причины. Потому что, как и о банальности любви, о ней, коренным образом, нечего сказать.

    Соблазн не таинственен — он загадочен.

    Как и в тайне [secret], в загадке нет ничего непонятного. Напротив, она полностью интеллигибельна, но ее нельзя высказать, нельзя раскрыть. Такой неизъяснимой очевидностью является и соблазн. Такой является и игра: в основе любой игры лежит фундаментальное и скрытое [secrete] правило — загадка, однако сам процесс не таинственный, нет ничего более понятного, чем ход игры.

    Любовь ответственна за все тайны мира, но в ней нет загадочности. Напротив, она обременена смыслом и принадлежит не к порядку загадки, а к порядку отгадки. «Любовь — ключ к загадке» или уж совсем брутально: «Вся истина — в сексе». (Истина, которая чудесным образом обнаружилась в ХХ веке, но с чего вдруг? Не верьте ей: загадка остается неразгаданной и сохраняет всю свою силу соблазна).

    «Любовь — ключ к загадке» или уж совсем брутально: «Вся истина — в сексе». (Истина, которая чудесным образом обнаружилась в ХХ веке, но с чего вдруг? Не верьте ей: загадка остается неразгаданной и сохраняет всю свою силу соблазна).

    Чем дальше от одной фигуры к другой, от соблазна к любви, затем от желания к сексуальности, и наконец, к откровенной порнографии, тем больше мы приближаемся к малейшей тайне, малейшей загадке, к признанию, экспрессии, разоблачению, разрядке, — короче говоря, к истине, которая в обсценности нашей культуры очень скоро превращается в принудительное выдавливание истины, вынужденное признание, насаждаемое разоблачение… вот только чего? А ничего — разоблачать-то как раз и нечего.

    Откуда взялась эта безумная идея о том, что можно раскрыть тайну, выставить напоказ голую сущность, достичь радикальной обсценности? Это само по себе утопия — это не реально, и никогда не было реальным, — об этом знает соблазн и сохраняет свою загадку. Все другие формы, и любовь в особенности, болтливые и многословные. Они много говорят, они хотят высказать слишком многое. Любовь много говорит, любовь — это дискурс. Она высказывает себя и часто достигает кульминации в этом признании [declaration], на чем и заканчивается. Акт речи в высшей степени неоднозначен, почти неприличен, такие вещи не высказываются — как можно сказать кому-то: «Я вас люблю» — такие вещи слишком хрупки, чтобы быть замкнутыми в тесном пространстве высказывания, хотя, может быть, они только в нем и живут, в таком случае у них и вовсе нет никакой тайны. Такие вещи живут лишь их умолчанием или антифразой: «Не люблю я вас, и все тут» или же: «Я с вами больше не разговариваю» — эти фразы еще нагружены вызовом и интригой соблазна, угрозой любви, и в своем отказе от признания, в изяществе отрицания, все еще сохраняют статус игры и легкость введения в заблуждение.

    Впрочем, к счастью, фраза «Я вас люблю» не говорит то, о чем она говорит, и услышать ее надо иначе. Услышать в соблазнительном модусе (у всех глаголов есть скрытый модус: за изъявительным и повелительным наклонениями стоит соблазнительный).

    Впрочем, к счастью, фраза «Я вас люблю» не говорит то, о чем она говорит, и услышать ее надо иначе.

    Соблазн — это модальность всякого дискурса, включая дискурс любви (по крайней мере на это надо надеяться), он играет со своим высказыванием и касается другого обратной стороной того, что он высказывает. Таким образом «Я вас люблю» сказано не для того, чтобы дать понять, что вас любят, а чтобы вас соблазнить. Это предложение, которое колеблется между двумя аспектами и таким образом сохраняет неразрешимый шарм кажимости, того, что не имеет смысла, а следовательно абсолютно напрасно и опрометчиво хоть сколько-то в него верить. Поверить в «Я вас люблю» значит положить конец всему, включая любовь, так как это значит придать смысл тому, что его не имеет.

    Но так бывает в лучшем случае, тогда, когда двусмысленность еще управляет дискурсом. В случае сексуальной потребности нет и следа двусмысленности. Здесь все обозначено, все сказано, в потребности нет тайны, все существует в своем выражении. Если это всего лишь признание в желании, то для признания достаточно найти слова, игра кажимостей здесь ни к чему. И тогда «Я вас люблю» принимает другой оборот: оно уже совсем не соблазнительное, а лишь отчаянно желательное наклонение: «Я прошу любить вас», «Я прошу, чтобы вы меня любили».

    Можно согласиться с Лаканом [6]: нет сексуальных отношений, нет истины секса. И «Я тебя люблю», и «Я тебя хочу» говорят совсем об ином: либо о соблазне, либо лишь выражают потребность в любви, потребность в желании — и никогда не говорят о самой любви или о сексе. Поэтому это всегда несостоявшееся свидание, и сексуальность, как говорит Лакан — лишь история этого несостоявшегося свидания. Но, это еще не все, потому что утонченная спираль соблазна описывает вовсе не историю, а игру этого несостоявшегося свидания и то, какое иное удовольствие можно извлечь из этого обворожительного и абсурдного различия, которое природа установила между полами.

    Можно согласиться с Лаканом: нет сексуальных отношений, нет истины секса.

    Таким образом то, что было вызовом и соблазном, заканчивается заботой. Секс, желание, страсть как забота. Соблазняйте меня, любите меня, доставьте мне удовольствие, позаботьтесь обо мне. Характерная и навязчивая черта, которая может дойти чуть ли не до фетальной [эмбриональной] потребности в любви (фетальные стратегии). Уже в течение двух или трех веков все формы любви (включая любовь к природе) сверхопределяются [over-determination] в нашей культуре материнской любовью и сентиментальностью, которая из этого вытекает. Неподвластен этому лишь соблазн, потому что он не потребность, но вызов, — он противостоит подобной любви так же как дуальное противостоит синкретичному.

    Эта любовь является лишь чем-то вроде плавающего либидо, которое распределяется почти везде и отчаянно пытается инвестировать свою оборачиваемость согласно экономике, которая больше не является экономикой систем страсти, но экономикой подсистем интенсивности, холодных и бесстрастных. Экологичное либидо, специфический продукт нашей эпохи: распределенное повсюду в гомеопатических и гомеостатических дозах, оно является тем минимальным приростом [differentiel] страсти, которого достаточно, чтобы поддерживать социальный и психологический спрос [7]. Поскольку оно плавающее, то его потоки можно регулировать, отводить, направлять из одной экологической ниши в другую: оно идеально соответствует порядку манипуляции.

    Так энергия распада соблазна переходит в страстный порядок любви и заканчивается в алеаторном порядке спроса.

    К счастью, существует обратная реакция, которая исправляет все только что сказанное по поводу просьбы [спроса]. Потому что если отвечать на нее теми же словами, которыми она обращается (или делает вид, что обращается) к вам, то можно совершить грубую ошибку. Возможно, что она просто истерически умоляет, чтобы ее опровергли, отвергли, обманули в ожиданиях, чтобы ответом было, что этого никогда не произойдет. Как и любое рассуждение [discours] произносится лишь с надеждой на то, что его оспорят и отвергнут, так и просьба может лишь умело играть признанием в желании, призывом внимания со стороны другого для того, чтобы поставить ему ловушку, завлечь его, а следовательно, соблазнить.

    Если по своей сути просьба является таковой, если она является еще и этим, то отвечать на нее было бы ошибкой. Именно поэтому и не возникает особого желания отвечать на просьбу (люби меня, соблазни меня, доставь мне удовольствие), тогда как ответ на вызов или соблазн происходит спонтанно. И если в амбивалентности просьбы кроется что-то вроде попытки соблазнить, то и лучший способ ответить на нее — это соблазн.

    Таким образом все формы в конечном счете оборачиваются сами на себя — обратная реакция обратимости, — и это объясняет почему трудно об этом говорить. Не потому что нельзя что-то сказать, а потому что нельзя сказать ни о чем — так порядок обратимости берет верх [revanche] над линейным порядком дискурса. Эту трудность, к счастью, невозможно преодолеть никогда, в то время как всегда можно говорить, когда нечего сказать.

    Любовь никогда не была столь прекрасна, как в легендах и романах. Это таинственная страсть породила романическую форму — или наоборот?

    Любовь никогда не была столь прекрасна, как в легендах и романах. Это таинственная страсть породила романическую форму — или наоборот? Неразрешимый вопрос. Но, прежде всего: существует ли то самое душевное движение любви?

    Тристан и Изольда. Самая возвышенная история, история фатальной любви. И все же примечательно, что в этой изумительной истории любовь не пробуждается сама и не живет сама собой — для этого нужно любовное зелье. Героев связывает вовсе не какая-то стихийная форма влечения, а жестокое предопределение, которое имеет искусственный характер, в том смысле, что является фиктивным, акцидентальным и неотвратимым пактом, а не естественным душевным движением. Судьба — всегда колдунья, она всегда проходит через трагическую иллюзию знаков. И любовное зелье (которое было бы ошибочно интерпретировать в психологическом смысле как «метафору страсти») — знак вторжения этого колдовского эффекта. Вся страсть Тристана и Изольды — вызов существованию божественного права: известно, что оба влюбленных были признаны святотатцами. Дело в том, что зелье, которое они принимают — это кощунство, закрепляющее пакт соблазна и предопределения, полностью противоречащий законам любви божественного права, где знаки обмениваются между собой в своей идеализированной форме.

    Итак, снова возвращаемся к тому же: любви не существует. Она должна существовать, но не существует. У влюбленных романтической эпохи не было другого выхода, кроме как совершить совместное самоубийство, чтобы абсолютизировать невозможный обмен. Возвышенность любви — в антиципации [8] своей собственной смерти. Любовь-страсть может существовать лишь в этом антиэротическом, антиестественном головокружении, которое никогда не может быть образом жизни. Ничего общего с нашим образом любовной жизни, идеальной встречей двух желаний и двух удовольствий.

    Можно, впрочем, задаться вопросом, не изобрели ли эту форму банализированной любви, ставшей формой обмена (эмоционального и полового), чтобы избежать фатальности другого?

    Производить обмен и знаки обмена — единственный способ избежать судьбы и бессмысленных [insense] знаков. Никакого любовного зелья, никакого вызова. Ни страсти, ни нежности [tendresse]. Таким образом жизнь защищается от смертоносных форм искусственности и жертвенности. От соблазна, будь то соблазн смерти или соблазн самой любви, когда вместо образа жизни или любви он превращается в убийственную фривольность, которая отвлекает нас от нашего собственного конца [fin].

    Среди основных фривольностей произвольного использования удовольствия и неудовольствия — фигура судьбы. Такое использование относится к компетенции одного лишь Бога. Среди второстепенных фривольностей — возможность любить и быть любимым. Это оставлено человеческим существам — патетическая констелляция настроений, желаний и выражений лиц.

    Большинство вряд ли хотят, чтобы их соблазняли, они хотят, чтобы их любили. Им хочется испытывать страсть, удовольствие и радость семейной жизни. Очевидно, надо стремиться, чтобы тебя любили из страха быть соблазненным, несомненно, нужно любить, чтобы не соблазнять.

    Любовь — это нечто вроде психологического инцеста, патетического сближения в противостоянии жестокой игре соблазна.

    Любовь — это нечто вроде психологического инцеста, патетического сближения в противостоянии жестокой игре соблазна.

    В сущности, у любви нет никакого собственного [душевного] движения (Eppur si muove! [9]). Или же оно отменяется порядком вызова и судьбы. Или отменяется в форме обмена и просьбы [спроса]. Как в том анекдоте где ссорятся два супруга. Жена упрекает мужа: “You give me love because you want sexe” (Ты даешь мне любовь, потому что хочешь секса!) А муж в ответ: “You give me sex because you want love”! (Ты даешь мне секс, потому что хочешь любви).

    Когда секс и любовь приобретают мирскую форму домашней экономики, они вполне могут стать предметом обмена. Как только они теряют возвышенную [sublime] форму судьбы, они низвергаются в подсознательную [subliminale] форму обмена. И здесь возможны любые компенсации и замещения: ты даешь мне секс, я даю тебе любовь.

    Во всем том, что является обменом, есть возможности размена. Но не в соблазне, который точно не является обменом, но вызовом. В соблазне не может быть равновесия, оптимизации обменных отношений, что так непросто, но все же возможно на уровне секса. Вот почему единственной действительно смертельной депривацией [10] является депривация соблазна.

    В этом и заключается смысл того анекдота, ведь оба супруга в этой ссоре только и делают, что фактически разоблачают [denoncer] возможность двустороннего обмена. И единственное, чего они хотят — это соблазн!

    Единственное, что вам никогда не простит женщина, это не то, что вы ее не любите, а то, что вы ее не соблазнили, или же что она не соблазнила вас.

    Во всяком случае, единственное, что вам никогда не простит женщина, это не то, что вы ее не любите (с любовью или сексом всегда все улаживается), а то, что вы ее не соблазнили, или же что она не соблазнила вас. Этого ничем не искупишь, и какую бы любовь и нежность вы ей не давали, в конце концов она всегда будет использовать их для жестокой мести. Не сумев соблазнить, она будет стремиться вас уничтожить. Все любовные и сексуальные грехи можно простить, потому что они не являются оскорблением. Лишь соблазн трогает за живое душу, которая находит покой лишь в убийстве.

    Отсюда и проистекает то, что я называю злым духом страсти.

    В основе самых страстных, самых прекрасных и самых отчаянных порывов всегда кроется злой дух, который изо всех сил старается поймать другого в ловушку.

    Даже в самый наивный и самый безумный момент любви есть дьявольское искушение иронически отогнать ее перверсивным действием.

    Есть нечто сильнее, чем страсть: иллюзия. Сильнее, чем секс или счастье: страсть иллюзии. Соблазн, соблазн, всегда соблазн. Расстроить эротическую силу властной силой игры и стратагемы — устроить ловушку в самом опьянении любви и прямо с седьмого неба мастерски проторить ироническую дорогу в ад — это и есть соблазн, это и есть форма иллюзии, это и есть злой дух страсти.

    *Но если взять соблазн в христианском понимании, то все меняется: соблазн начинается вместе с христианством, он является дьявольским колдовством, которое призвано возмутить божественный порядок — или даже это сам Христос, потому что, согласно Ницше, тот пришел соблазнить людей своим человеческим обликом, развратить их психологией и любовью. И наоборот, никакого соблазна в Греции, где любовь гомосексуальная и педагогичная — не страсть, а добродетель.

    [1] Игра слов: solution в переводе с французского означает «раствор» и «разрешение» (задачи, проблемы).

    [2] Кажимость — субъективное выражение сущности вещей в поверхностных, неустойчивых, случайных проявлениях, зависящая от воспринимающего субъекта; выражает не всю сущность, а лишь ее момент, реальность, в которой может находить отражение действительность.

    [3] Обсценный, обсценность — в текстах Бодрийяра это слово означает не только «непристойный» или «неприличный»: он обыгрывает в этом термине еще и слово «сцена», то есть отсутствие сцены, неуместность, неприсценность.

    [4] Аллюзия с циклом произведений И.С. Баха «Хорошо темперированный клавир».

    [5] Интериоризация — (франц. iiiteriorisalion, от лат. interior внутренний), переход извне внутрь. В психологии — формирование внутренних структур человеческой психики благодаря усвоению структур внешней социальной деятельности.

    [6] Лакан, Жак (1901-1981) — французский философ и психиатр. Одна из самых влиятельных фигур в истории психоанализа.

    [7] Спрос — (demande), многозначное слово. Спрос, потребность, просьба, запрос, заказ — Бодрийяр использует эту многозначность.

    [8] Антиципация — предвосхищение, предугадывание, представление о предметах или событиях, возникающее до их реального проявления.

    [9] И все–таки она вертится! — известное изречение, приписываемое Галилею.

    [10] Депривация — сокращение либо полное лишение возможности удовлетворять основные потребности — психофизиологические либо социальные.

    Jean Baudrillard. LES STRATEGIES FATALES (1983). Перевод: А. Качалов (exsistencia)

    Так же перевел на русский:

    Жан Бодрийяр. Симулякры и симуляция / Simulacres et simulation (1981), рус. перевод 2011 г., — М.: Постум, Рипол-классик, 2015, 2016.

    Жан Бодрийяр. Дух терроризма. Войны в Заливе не было: сборник / La Guerre du Golfe n’a pas eu lieu (1991). L’Esprit du terrorisme (2002). Power Inferno (2002), рус. перевод 2015 г., — М.: Рипол-классик, 2016.

    Надеюсь, что удастся еще пробить такие известнейшие вещи Бодрийяра как «Заговор искусства» (книгу), «Идеальное преступление» и Библию постмодернизма «Фатальные стратегии» (в работе).

    Напомним, что в библиотеке Bookmate (по промокоду GORKY — месяц бесплатно) доступны уже вышедшие книги Бодрийяра, а также переводчика:

    syg.ma